8d2b2479

Маканин Владимир - Ключарёв И Алимушкин



Владимир Семенович Маканин
КЛЮЧАРЁВ И АЛИМУШКИН
Рассказ
1
Человек заметил вдруг, что чем более везет в жизни ему, тем менее
везет некое му другому человеку,- за метил он это случайно и даже
неожиданно. Человеку это не понравилось. Он не был такой уж отчужденный,
чтобы праздновать празд ник, когда за стеной над садно плачут. А получалось
именно так или почти так. И ничего переиначить и пе ременить он не мог,
потому что не все можно переме нить и переиначить. И тогда он стал
привыкать.
Однажды он не выдер жал и пришел к тому, к другому, человеку и сказал:
- Мне везет, а тебе не везет... Это меня угнетает. И мешает мне жить.
Тот, которому не везло, не понял. И не поверил.
- Ерунда,- ответил он. - Это вещи, не связанные меж ду собой. Мне и
впрямь не везет, но ты тут ни при чем.
- И все-таки меня это мучит.
- Ерунда... Не думай об этом. Живи спокойно.
Он ушел. И продолжал жить. И отчасти продолжал мучиться, потому что
тому, другому человеку делалось все хуже. А ему везло. Ему всегда светило
солнце, улыбались женщины, попадались покладистые начальники, и в семье
тоже была тишь и гладь. И тогда он затеял мысленный разговор с Богом.
- Это несправедливо,- сказал он. - Получается, что счастье одному
человеку выпадает за счет несчастья дру гого.
А Бог спросил:
- Почему же несправедливо?
- Потому что жестоко.
Бог подумал-подумал, потом вздохнул:
- Счастья мало.
- Мало?
- Ну да... Попробуй-ка одним одеялом укрыть восемь человек. Много ли
достанется каждому? - И Бог улетел. Бог исчез и не дал ответа или же дал
такой ответ, кото рый ничего не значит. Он как бы отшутился.
И тогда человек перестал думать об этом - в конце концов, сколько
можно думать об одном и том же? В конце концов, это утомляет. Вот,
собственно, и вся ис тория. Но тут важны подробнос-ти... Ключарев был науч
ный сотрудник, кажется, математик - да, именно мате матик. Семья у него
была обычная. И квартира обыч ная. И жизнь тоже, в общем, была вполне
обычная - чередование светлых и темных полос приводило к некой срединности
и сумме, которую и называют словами "обычная жизнь".
Из этой "обычности" Ключарева выделяло, пожалуй, то, что он был
несколько манерно шутлив. Однажды по дороге с работы домой он нашел на
тропе, в снегу, ко шелек с десятью, что ли, рублями. Он тут же сказал са
мому себе:
- Поздравляю. Ради этого стоило жить.
Улыбаясь, Ключарев здесь же написал обычное объявление - так, мол, и
так, кошелек найден, потеряв ший - приди. И дописал внизу свой адрес.
Бумажку эту он нанизал на гвоздик доски объявлений ближайшего дома. Была
зима - чтобы написать и нанизать бумажку на гвоздик, ему пришлось поставить
портфель в снег. Нанизанный листочек трепался на ветру, но держался крепко.
А в том, что ни сегодня, ни завтра по объявле нию никто не пришел,
удивительного не было - куда удивительнее было то, что на следующий день
началь ник отдела, брюзга, зажимщик и явный недоброжела тель, предложил
вдруг Ключареву поместить статью в крупный научный журнал. При этом в
соавторы началь ник не напрашивался. Именно поэтому Ключарев, вер нувшись
домой, уже с порога сказал жене:
- У меня началась полоса везения.
А жена Ключарева была женщина тихая и скромная, и потому везенья,
какого бы то ни было, она стеснялась и даже пугалась. Она, например, очень
переживала, ког да никто не явился за кошельком.
Вечером, чуть позже, жена сказала Ключареву, что у нее есть новость.
Она о ней забыла, но теперь вспомни ла.
- А-а,- засмеялся Ключарев,- звони



Назад